Огни заманчиво манят, тра ля ля. Добавим про летящих на свет мотыльков, которых ничто не в силах остановить. Ими ведь движет самое сильно из всех существующих на земле чувств.

«Глупость» это чувство называется, если кто не знал.

Общага пед училища. Два молодых человека карабкаются по водосточной трубе на третий этаж.
Но юноши не грабители. Скорее, мошенники. Пользуясь наивностью девушек, они лишают их невинности. Если повезёт, конечно. Да и то ещё вопрос, кому.

Почему именно на третий? Нет, не потому что самое спелое и сладкое обычно на самом верху. Всё гораздо прозаичнее: окна первых двух этажей в решётках. Там блюдут. Хотя, были случаи…

Но вернёмся к нашим баранам.

Это двух курсантов мореходки потянуло на ночь глядя на подвиги.

Тук тук, тук тук тук- условленный сигнал, заветный код, который откроет ларец с сокровищами.

-Девчонки, это мы.

Окно открывается.
И сразу же парадокс: горячие чувства лучше всего остужает кипяток.
И тяжёлые предметы. Цветочные горшки, например.

Это комендантша (потомственная девственница) грудью встала на защиту целомудрия и чести.
Всё для фронта, всё для победы! Враг не пройдёт! Но Мапассан!

Да, со времён рыцарей, штурмовавших стены непреступных средневековых замков, ничего не изменилось. Захватчиков по-прежнему стараются любым способом скинуть вниз.

Недолюбливаю я с тех пор фикусы. Это не какие-нибудь там карликовые кактусы, от которых, в худшем случаи небольшая шишка и пара заноз.

Горшок, который запомнился мне на всю жизнь, тоже был, своего рода, общежитием. Кроме проживающего там фикуса, в нём размещался погост для мышей, которых на протяжении десяти лет ловила и туда закапывала кошка Маруся, а также останки хомячков, пропадающих время от времени из зооуголка. Но это уже было дело лап всеобщего любимчика – ёжика, косившего под вегетарианца.

Гоша Рыков, после этого инцидента получивший кличку Раков (он был верхним), профессиональный ходок в третьем поколении. Его дед-ветеран, будучи адъютантом генерала, в своё время так потоптал Австрию, что целое поколение детей двух ближайших к штабу альпийских деревушек было на одно лицо. Отец тоже не сбавлял обороты и мог на свой счёт записать с десяток разбитых сердец, которые разыскивали его на просторах бескрайней Родины, с целью получить алименты. Но скрывался он не только от них, но и от мужчин, по возвращению с работы, обнаруживших у себя повышенную активность эпидермиса. А таких было немало.

Меня же привлекал сам риск. Не уверен, что пошёл бы с Гошей в эту общагу в увольнение, да ещё и через входную дверь. Самоволка, грозившая отчислением из мореходки, ночное скалолазание, на два года старше третьекурсницы, будущие биологички и химички, на которых не где было ставить пробы, как Гоша впоследствии убедился, постоянные клиентки венерологического диспансера — во всём этом был свой драйв, как сейчас говорят. Раньше это называлось романтикой.

Но история вообще не об этом.

Мягко приземлившись (на меня), Гоша, как ошпаренный, ориентируюсь наощупь, вдоль домов, помчался в ближайшую дежурную больницу.

Когда подъехал милицейский уазик, я сидел в цветочной клумбе рядом с фикусом и вертел в руках осколки керамики.

-Эй, карась, ты, что тут делаешь? Ещё скажи, что фикус перед сном выгуливаешь.

Сержант и ещё один сержант, а моментами и все четыре штуки, явно были навеселе.

-Фикус мне на голову грабитель бросил.
-Какой грабитель?
-Который по водосточной трубе забрался вон в то открытое окно. Я шёл мимо, смотрю, кто-то карабкается вверх. Крикнул: «Что ты там делаешь?», — а он, шмыг в окно. Я повернулся, чтобы кого-нибудь позвать на помощь, а бандит в это время бросил мне на голову этот фикус в горшке. Он там, внутри ещё. Комната 307. Притаился там, гад.

-Вишня-вишня, я черешня. Срочно нужна подмога. Общагу пед училища грабят. Мы на задержание.

-Веселов, едрить твою портупею. Что там, в общаге, грабить то? Девственность первокурсниц, что ли? Так они, когда поступать ехали, это добро в свой багаж не положили.

Зря ты третий день отмечаешь поход тёщи в лес за грибами. Она нашлась. Твоя жена звонила, сказала, чтобы ты не переживал.

Счастливчик ответа не слышал. Он в полном составе уже был возле комнаты 307.
Чтобы не спугнуть грабителя, Веселов медленно открыл дверь.
-Прикрой!
-Прикрываю!- ответил сам себе сержант и сделал шаг в темноту.

Натренированный лобик бронзового Володьки, привыкший колоть грецкие орехи, без проблем расплющил кокарду на дубовом.

Ничего не соображая от ужаса, комендантша выскочила из комнаты и бросилась вниз на вахту к телефону.

-Милиция! Насилуют!
-Где-где, в общежитии пед училища.
-Меня, кого же ещё.
-Маньяк обезврежен. На полу лежит.
-Кем? Мной, разумеется.
-Как умудрилась? Ильич помог.
-Какой Ильич? Молодой. Кудрявый такой.
-Да, жду.

Веселов на вызовы не отвечал и дежурный по городу решил отправить к злополучной общаге, кроме группы захвата, ещё и скорую, которая и вызвала санитаров из психушки для комендантши.

Как она вообще оказалась в тот день в триста седьмой? Да всё очень просто. Это был её кабинет.
Просто, девушки решили пошутить и дали эти координаты.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.