— Глинская, что за произношение?! Ты в школу ходишь учиться или любовь крутить и парней отбивать? – взорвалась с того ни с чего Марина Ивановна, старая дева, красивая накрашенная блондинка, которая уже год пытается привлечь внимание Станислава Алексеевича, учителя НВП – тридцатилетний лейтенант, который был уволен из армии, вынужден отбывать наказание в школе. Надо сказать, что Стас – сосед и давний друг в компании Алика, одноклассницы и парня Алии Глинской. Алия давно дружит с Аликом в его компании она – лучший друг. Стас – старший по возрасту, в дружбе не выделялся. Это удивляло учителей, считая это дурным тоном дружить с учениками, несерьезностью. Что поделаешь – женский коллектив. К нему не одна Марина Ивановна неровно дышит, похоже, весь женский коллектив стал лучше и краше в появлением в коллективе второго мужчины. Первый, как понимаете, физрук – Александр Вадимович.

— Чего вы к Але всегда пристаете, — крикнул с места Алик. – Все у вас ничего не понимаем, вы хоть теорию с практикой совмещайте. Я вообще не могу домашку делать без интернета!
Марина Ивановна, которая, как и другие, питала симпатию до сих пор к этому рослому, сильному парню, старалась с ним быть особо вежливо и даже кокетничала в присутствии Алии. На сей раз она здорово удивилась и затаила обиду.

— Амосов, свою любовь оставь за школой, а здесь не амуры нужно крутить, а учиться. Для меня вы все одинаковы.
— Да уж, — ответил Алик, зная женскую психологию не по книжкам, — вы своим характером всех мужчин распугаете! – громко заявил он, зная, как она достала Стаса.
— Вон из класса! – неожиданно взвизгнула красавица, — я директору пожалуюсь.
— Вы этого добивались, — вдруг сказал Вадим, — друг Алика и Алии.
— А ты тоже туда же! Кто еще?

Больше половина класса встали и направились к выходу. Некоторые присоединились по той причине, что большинство «против», по принципу «стада» пошли за ними. Только двое остались сидеть. Племянник Марины и безвольная отличница Маша, которая просто не знала, что она будет делать там, ведь она не любила общество, в школу ходила только учиться и пренебрегала общение. Психолога она отвергла.
— Ну, я вам еще устрою райскую жизнь, — пробубнила Марина, громко стукнув ладонью по столу, но от боли она еще больше разозлилась, матюгнула. Извинилась.

В коридоре создался шум, хотя ребята разговаривали шепотом, и это услышала учительница из соседнего кабинета, у которой дверь была всегда открыта. «А зачем мне закрывать, с детьми у меня дружба и они меня не подводят», — отвечала на вопрос: «Почему у вас всегда дверь открыта?» Это была их классная руководительница Шаура Гафуровна. Она выглянула и увидела свой любимый класс, не удивилась, с какого урока ушли ребята, не первый раз, но чтобы целый класс. Значит, тому есть причина!

— Ребята, давайте, пока потренеруйтесь, сделайте вот этот номер, а я к моим выйду, видимо, у них урока нет. Закрыла дверь.

— Здрасте, — сказали все шепотом, — извините, что пришлось вас побеспокоить, — сказал Антон, командир класса, отличник, баскетболист и просто хороший парень.
— Что у вас стряслось-то, — Шаура Гафуровна всегда с детьми общалась по-родному, поэтому дети чувствовали в ней действительно вторую маму, классную даму. Поэтому ее за доброту и поддержку класса – чужих детей – всегда осуждали учителя, которые сами с трудом справлялись с другими классами. А ее класс всегда везде был образцовым, сильным. Может, элементарная зависть женская?!

Лиза Галимова, обладательница самого красивого голоса и литературной речи, всегда выступала в классе как «держатель» или «начинатель» речи. Класс на редкость действительно оказался дружным, собрались все сильные ученики, успешные и умные, которые знали свое место и знали себе цену как единый коллектив. Они гордились, что доверяют друг другу и поддерживали всегда друзей даже вне школы.

Как-то Алия, у которой не было отца, а мама работала на двух работах, виделись они редко – утром. Росла она как сирота. Все знали это, но она не позволяла им жалеть себя. Все было по-честному. Как-то, возвращаясь с тренировки после 21 ч, она обнаружила, что у нее украли ключ от квартиры. Алик, который ее провожал, сразу же пригласил переночевать к себе. Родители дружили с детства, и дети у них были как родные. Алия поужинала, пообщалась с мамой, поболтали с Аликом. Утром, позавтракав, они оба отправились в школу. Марина Ивановна увидела их, выходящих вместе из подъезда Алика, сделала свои выводы.

В школе на уроке она как-то и вернула свою злость Алие, намекнув на ее «сомнение» по поводу непорочности.
— Марина Ивановна, даже если это было и так, вам-то от этого почему должно быть плохо? Может, вы прекратите следить за нами?

Алия опустила голову и молчала, хотя она тоже за словом в карман не полезет. Просто ей было странно поведение взрослых людей, ведь зачем доказывать, пусть думают, как хотят, главное, чтобы не пакостили, — это принцип ей помогал.

— Марина Ивановна, а Стас знает о хорошо? – съязвил Леха, самый наглый и уверенный парень, которого все любили, шутник и балагур, сердце класса. В любом дружном коллективе всегда все дышат одним воздухом и смелость не осуждается. Справедливая смелость.
Марина Ивановна от злости позеленела, хлопнула журналом по столу и заявила:
— Я вашим родителям скажу про ваше поведение и хамство!
— Мы будем рады, ведь наши родители нас еще такими не знают, они подумают, что нас кто-то спровоцировал, — сказала резко «министр» Валя.
— Вы мне сорвали урок! – что еще могла ответить Марина, один в поле не воин. Как она ненавидела этот класс вместе с ее племянником. Он-то при чем? А при том, что он из этого проклятого класса! Да еще и Стас заодно с ними: «Марин, ты чего с детьми-то как-то неласково?» Так и ревела она дома одна, вспоминая все подробности конфликтов и ответов Стаса. Как бы она хотела быть с ним, жаловаться ему, чтобы он жалел ее. Он даже не смотрит в ее сторону, когда она проходит мимо него. В школу-то она ходит только ради него, любимого. «Боже, бывают же такие дуры, — в свою очередь думал Стас, когда в его поле зрения попадалась крашенная блондинка-англичанка, — лучше стерву, чем такой ходящий красивый ужас!»

Ребята рассказали ситуацию, Шаура Гафуровна только молча кивнула головой «Марина — бельмо у всех, если б не дядя – мэр города, спонсор наш, мы бы ее перевоспитали», — вздохнула она. Ведь учителя тоже люди, умеют найти «общий» язык, тогда либо подстраивайся под «монастырь», либо увольняйся. Но везде будет такая же политика. Вот и приходилась Марине «играть», ведь ее уже увольняли с двух школ города, слава за ней потянулась, приняли, потому что мэр и директор – старые приятели. Как другу откажешь. Оба жалели, но Марина — человек, одинокая старая дева, все это видели и терпели.

— Ребята, вы идите к Стасу, у него урока нет, посидите у него. А потом – по урокам.
Ребята спустились на первый этаж. Кабинет военрука был на замке. У него было «окно». Стаса не было, ребята вышла на улицу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.