«Антенна» провела расследование и получила у Росреестра (службы государственной регистрации прав и сделок с недвижимостью) точные данные на жилые владения супругов, которые мы по закону имеем право опубликовать.

1. Москва, 1-й Зачатьевский переулок.

Квартира площадью 516,1 кв. м.

Средняя рыночная цена (здесь и далее – по данным крупнейшей общероссийской базы недвижимости ЦИАН на август 2018 года): 454 701 647 руб. (881 034 руб. за 1 кв. м).

Правообладатель: Петросянц Евгений Ваганович (фамилия юмориста по паспорту).

Справка «Антенны». Квартира расположена в переулке в самом центре Москвы, в районе Хамовники между Пречистенской набережной и Остоженкой. Ее называют «золотой милей», так как здесь находятся самые дорогие квартиры во всей России.

2−4. Москва, Сеченовский переулок (здесь три квартиры: в одном подъезде, на двух этажах и в мансарде).

Одна площадью 64 кв. м. Средняя рыночная цена: 28 820 544 руб. (450 321 руб. за 1 кв. м).

Правообладатель: Петросянц Евгений Ваганович – ½, Степаненко Елена Григорьевна – ½.

Вторая квартира площадью 92 кв. м. Средняя рыночная цена: 41 429 532 руб. (450 321 руб. за 1 кв. м).

Правообладатель: Петросянц Евгений Ваганович – ½, Степаненко Елена Григорьевна – ½.

Третья квартира площадью 138,7 кв. м.

Средняя рыночная цена: 62 459 523 руб. (450 321 руб. за 1 кв. м).

Правообладатель: Степаненко Елена Григорьевна.

Справка «Антенны». Сеченовский переулок соединяет Остоженку и Пречистенку. Дом постройки XIX века расположен в так называемом посольском квартале. В шаговой доступности также Галерея искусств Зураба Церетели, Культурный центр Эммануила Виторгана и Центр оперного пения Галины Вишневской.

5. Москва, Большой Кондратьевский переулок.

Квартира площадью 36 кв. м.

Средняя рыночная цена: 9 887 256 руб. (274 646 руб. за 1 кв. м).

Правообладатель: Степаненко Елена Григорьевна.

Справка «Антенны». Сеченовский переулок находится в центре столицы, выходит на улицу Грузинский Вал. Рядом – Белорусский вокзал.

6. Московская область, Одинцовский район, село Жаворонки, улица Западная.

Дом площадью 379,2 кв. м (четыре этажа, в том числе один подземный) с хозблоком площадью 91,8 кв. м с участком площадью 3353 ± 20 кв. м.

Средняя рыночная цена: от 80 до 150 млн руб. (на основе актуальных объявлений купли-продажи аналогичных домов с участком в этом селе).

Правообладатель: Петросянц Евгений Ваганович.

Справка «Антенны». Село Жаворонки расположено в западной части Московской области в 35 км от центра Москвы и 12 км к западу от центра Одинцова на обеих сторонах Белорусского направления Московской железной дороги. По северной границе села проходит Можайское шоссе. С северной, западной и южной сторон Жаворонки окружены лесными массивами, с восточной стороны к селу прилегают несколько садоводческих товариществ. Деревня Жаворонки (Жаравинки) упоминается в письменных источниках с XVI века, а в 2004 году ей присвоили статус села.



СЛОВО ЮРИСТУ

Сергей Жорин, адвокат Евгения Петросяна

— Я уже 20 лет веду бракоразводные дела, но нам, к счастью, удается многие сделать без шума и пыли. Я вел развод Ильи Резника, Анатолия Кашпировского и многих других. Евгения Вагановича я не спрашивал, почему он именно ко мне обратился. То, что желает забрать себе Елена Григорьевна, описывается на трех листах, а Евгению Вагановичу в ее заявлении она хочет оставить две строчки. Я пытаюсь договориться с Еленой Степаненко более шести месяцев, и пока мне этого не удалось. Потому что трудно согласиться на ее условия. Но если вдруг она решит, что можно договориться по-честному, все может закончиться быстро – за несколько дней или максимум две-три недели. А если будет объективный и справедливый раздел по суду, то только оценка может занять длительное время. Пока на сегодня нет даже полной описи имущества. Пока ни в иске Степаненко, ни во встречном Петросяна ни авторские, ни смешанные права не упоминаются. По личному опыту работы с телевизионными деятелями, право на имя не отчуждается, а имущественные права обычно принадлежат каналу или продюсерам. Что касается шуток, это зависит от отношений автора и исполнителя. Я в это не лезу, поскольку это не является предметом спора. И, возможно, авторские права принадлежат не им, а третьим лицам. Мы три раза делали предложение Степаненко, и каждое новое было в ее пользу – немного больше половины, причем лучшие объекты раздела. Предлагали разные комбинации, но другая сторона нам не говорила, что они хотят гораздо больше. Мы провели оценку и благородно им ее предоставили. Теперь понимаю, что пока мы пытались с ними договориться, они просто собирали документы. И как только собрали их, то сразу подали. А Петросян в это время ждал с ней очную встречу. Степаненко написала ему сообщение, что не придет, поскольку у нее «болит голова». А сама в суд потихоньку сходила с иском. Думаю даже, она начала все это готовить несколько лет назад, а с Петросяном стала вести переговоры всего около шести месяцев назад. У нас обоих было ходатайство о проведении заседания в закрытом режиме. И когда я встал, чтобы его заявить, оппоненты вскочили, чтобы заявить его быстрее. Это непонятные для меня вещи. Какая разница, кто первый подаст в суд, какая разница, кто получит немножко больше, если, конечно, не в разы. Тут главный капитал – не деньги, а доброе имя, репутация, любовь зрителей, которую за деньги не купишь, а уничтожить ее можно, что сейчас и происходит.

— Они уже 15 лет фактически не муж и жена, а вакуум всегда заполняется, тем более она женщина интересная, публичная, востребованная, так что не может быть несчастна по-женски. Мы договорились встретиться обсуждать мировое соглашение, а они уже несколько дней назад подали иск в суд, в котором указали адрес Степаненко, а не Петросяна, для получения всей почты. Елена Григорьевна живет там, где прописан Петросян, и не пускает его туда. Но мы мониторили ситуацию и узнали вовремя, хотя надеялись, что такого не будет. Адвокаты обязаны предвидеть разные сценарии. Поэтому, когда увидели иск на сайте суда, задали прямой вопрос, а нам сказали: «Ой, извините, мы забыли вас предупредить». Степаненко может претендовать на большее, чем половину, потому что, во-первых, в законе есть основания для отхода от принципа равенства при дележе имущества. В данном случае они неприменимы, но кто знает, как отреагирует суд. Во-вторых, имеет значение, что и как оценить. Недвижимость – это одно, а культурные ценности – другое. Например, вы знаете, за сколько купили картину, но не можете знать, за сколько сможете ее продать. Возможно, она будет стоить в разы дороже, а возможно, ее никто не возьмет. Это субъективные вещи. Так что можно взять маленькую картину, оценить ее в баснословную сумму и сказать: «Вот тебе, Евгений Ваганович, эта открытка, а вся недвижимость нам». Почвы для инсинуаций много, но надеемся, что до этого не дойдет. А Евгений Ваганович по одному самому спорному объекту (который стоит как половина всего их состояния) сразу предложил поделить ровно пополам. А дальше они уже это или совместно продадут, или вместе пользоваться будут… Но та сторона не согласна. Петросян мог бы теоретически исключить 15 лет, когда они живут раздельно, из периода, когда наживалось совместное имущество. Тогда все оформлялось на него. Но он не хочет, хотя мог бы это доказать. Он предлагает, чтобы все было по-честному. Это позиция порядочного человека, который в темном переулке поднимет уроненный вами червонец, догонит вас и отдаст, хотя никто этого не видел, да и вы сами не заметили. Так он считает согласно своему воспитанию. В некоторых странах при разделе имущества имеет огромное значение, по чьей вине распался брак, изменял ли кто-то из супругов. В нашем законодательстве это не учитывается. Пока полностью не проведена оценка, нельзя назвать точную сумму раздела: полтора ли это миллиарда, один миллиард шестьсот, один миллиард семьсот или два миллиарда. Большие деньги, половины которых достаточно, чтобы с улыбкой прожить человеку до конца своих дней. Машины – самое мелкое из того, что они делят. Дочь Петросяна, отмечу, ни на что не претендует, так как речь, слава Богу, не о наследстве. Все эти 15 лет они не расторгали брак, потому что так, как они, не разводясь, живет половина страны. Может, Елена Григорьевна и сейчас не желала этого, а затеяла только раздел имущества (это можно сделать, не расторгая брак). Ведь, подав иск, в заголовке которого было сказано о разводе и разделе, внутри заявления, в самой просительной части она насчет развода не написала ни слова. Забыла? Не хотела? Поэтому просить развода пришлось уже Евгению Вагановичу. А суд к ним отнесся предвзято, не дав время на примирение, которое положено по закону. Могли бы вообще тихо-мирно развестись в загсе, а после делить имущество в суде, раз без этого не могут договориться. Но, видимо, одна из сторон заинтересована в затягивании дела. Евгений Ваганович дал Елене Григорьевне путевку в жизнь. А она себя ведет по отношению к нему как минимум некрасиво. Где ее благодарность за все, что он для нее сделал?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *